le_ra

Даже если бы я специально искал иллюстрацию для вынесенного в заголовок тезиса, то врядли нашел бы лучшую, чем этот дорожный знак в самом центре Улан-Батора. Столица, как и вся страна, находится на пути из "светлого будущего" к "великому прошлому". Воплощением первого однозначно является Сухэ-Батор, второго - соответственно - Чингизхан.

Их негласное соперничество началось еще сто лет назад, когда город назывался Эргэ (Урга), что в переводе означает просто "ставка" и восходит еще к тем временам, когда столица была кочевой. В 1924 году монгольские парламентарии хотели назвать город Батор-хото (город богатыря) негласно намекая при этом на Чингизхана. Но тут встал представитель "большого брата" и высказался в том смысле, что город следует назвать в честь красного героя - Улан-Батор. Так эти два персонажа и продолжают занимать умы монголов по сегодняшний день. С переменным успехом.

За угол от Чойбалсана - здание парламента Монголии. Я двинулся в обход вдоль забора и вышел на главную площадь города немного сбоку. Перед парадным крыльцом, там, где раньше стоял мавзолей Сухэ-Батора/Чойбалсана, застыли в первых лучах солнца конные нукеры. Площадь Сухе-батора, в 2013 году переименована в площадь Чингизхана, но в народе в основном бытует пока старое название.

А вот так выглядит здание Хурала анфас. Площадь все еще пуста, кроме одной бабульки в белой бейсболке, которая занимается утренней гимнастикой под пристальным оком бронзовых стражей.

Всего статуй - 5. Трое сидят внутри колоннады, двое на лошадях - впереди. В цетре, понятное дело - Потрясатель Вселенной собственной персоной.

По правую руку от Чингиза - его сын и преемник, хан Эгэдэ (Угедей).

Известен в частности тем, что создал необходимую империи административную структуру, в том числе систему почтовых станций - ямов.

По левую руку - внук Чингизхана Хубилай (Кублайхан).

Отличился полным и окончательным покорением Китая и основанием династии Юань, в качестве главы которой он сел в Пекине на трон Императоров-Сынов Неба.

От всех троих имеются прижизненные портреты на китайском шелке, с которых и делали статуи. Так что ребята узнаваемые.
С конными статуями - сложнее. Даже наши друзья из университета не смогли внятно ответить, кто это изображен. Я тоже вначале думал, что это некий собирательный образ монгольских нукеров. Но оказалось, что и это - изображения реальных людей.

С луком - Боорчу.

А с булавой - Мухали.
Оба были среди первых друзей и соратников молодого Темучжина, а впоследствии - командовали отрядом его телохранителей-кешиктенов. Так что на площади они символизируют личных секьюрити хана.

А вот - вид в другую сторону - на памятник "красного батыра" Сухэ-батора.

На фоне пожилого хана пламенный революционер Сухэ-батор выглядит мальчишкой - всего-то 30 лет против разменявшего восьмой десяток Чингиза. Вообще композиция получилась очень символичная. Потрясатель Вселенной сидит себе спокойно в креслице, как будто знает, что все, что надо, он уже потряс, а теперь просто сел выпить ~~чашку кофе~~ пиалку кумыса с сыном и внуком (хотя Угедей, говорят, предпочитал напитки покрепче). Даже верные кешиктены пустили коней шагом или вовсе остановили. А юный Сухэ - наоборот.

Торопится, подгоняет кобылу ножнами своей сабли, как будто боится опоздать куда-то. А вокруг - медленно просыпается большой современный город-миллионник.