![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
le_raПродолжаю рассказ о путешествии на Тринакрию, несколько прерванный другими полевыми рабочими моментами. Сегодня - об островах Эгадских, которые, суть, плоть от плоти главного острова, такие же прибрежные скалы, как уже описанные ранее Эрикс и Кофано, но по прихоти Посейдона отделенные от берега (сравнительно) неглубокой полоской воды.
Вот так их видно со стороны гавани Дрепана (на переднем плане). Слева - Фавиньяна, остров состоящий не только из скальной, но и из сравнительно плоской части, где в одноименном городке и проживает большинство жителей архипелага. Справа - Леванцо, за ним - самый дальний и высокий остров Мареттимо. В середине треугольника между Фавиньяной, Леванцо и Дрепаном - совсем маленький островок Формика.
Он - частное владение, странная помесь эксклюзивного отеля с не менее эксклюзивной тюрьмой. То есть по официальным данным принадлежит остров некой околорелигиозной организации, занимающейся реабилитацией несовершеннолетних наркозависимых преступников. А отель использует данный контингент молодых людей в качестве бесплатной рабсилы (ну или что там священники обычно с малолетками делают...).
Наша програма, впрочем, ограничивалась посещением острова Леванцо - наименее плотно населенного и ближайшего к берегу из трех основных островов Эгади. Из гавани Дрепана туда по треугольному маршруту мимо всех трех островов чуть ли не каждый час ходят быстроходные кораблики-катамараны вроде этого (хотя сбоку не видно, что на самом деле эта штука двухкорпусная) или даже метеорчики на подводных крыльях.
А это уже вид со стороны Леванцо на возвышенную часть Фавиньяны. В некотором смысле - историческое место (впрочем как и почти все на Тринакрии и вокруг нее). Там, где в утренней дымке белеет парус одинокой яхты, 10 марта 241 года (до нашей эры) строился и готовился идти в свой последний и решительный бой флот римской республики из двухсот больших кораблей. То есть в проливе шириной меньше четырех километров зрелище должно было быть весьма внушительным. А навстречу им двигался флот карфагенский, и в нем кораблей (включая транспорты) было даже больше - порядка 350. Война за обладание Тринакрией (она же - перваямировая пуническая) длилась к этому моменту уже 23 года. Но решающее сражение античной истории произошло именно тут, точнее уже к северо-западу от Леванцо, где оба флота столкнулись друг с другом лоб в лоб. Что там творилось в этот день - страшно себе представить. Страшно, но возможно. На этом месте я хотел бы отдать должное человеку, о котором местные говорят не иначе как о национальном герое. Его зовут (а вернее - звали) Себастьяно Туса.
И был он одним из столпов подводной археологии на средиземном море, а место битвы между римлянами и пунами у Эгад искал чуть ли не с детских лет. И нашел - в 2004 году, к северу от Леванцо, а вовсе не между островами, как считали ранее. Первая же крупная экспедиция принесла сотни находок, в том числе 13 ростров - корабельных таранов. До этого античных таранов по всей Европе было известно 2 штуки (!)
Для этих находок Туса организовал на острове Фавиньяна музей в бывшем здании рыбной фабрики.
Вот один из найденых им ростров - бронзовый форштевень римской галеры, украшеный рельефным трезубцем. Такими "Нептунами" римляне дырявили борта карфагенских кораблей. Усилиями последующих экспедиций число найденых и поднятых таранов достигло двух дюжин, у некоторых между зубцами еще торчали щепки обшивки вражеских судов. Среди прочих трофеев был и карфагенский транспорт с амфорами и прочим грузом, а также шлемы, детали одежды и оружия. В какой-то момент Туса переквалифицировался в политика (не знаю точно, как перевести его должность - что-то вроде сенатора по вопросам культуры) и в этом качестве сумел организовать вокруг Эгадских островов морской заповедник, в равной степени полезный для сохранения флоры, фауны и еще не найденых подводных археологических объектов. Еще Туса написал книгу "Versunkene Antike" (Утонувшая античность), которую также всем рекомендую. Не уверен, есть ли русский перевод.
Увы, в 2019 году Туса погиб в авиакатастрофе. Воздух оказался не его стихией...
Чтобы достойно почтить память водолаза Себастьяно мы тоже немного поныряли в одной из живописных бухточек Леванцо
и даже пополнили гербарий несколькими забавными средиземноморскими водорослюшками.
Halimeda tuna - странное существо, состоящее из плоских зеленых таблеток.
Морской салат - Ulva.
По случаю выходного дня народу было сравнительно много, кое-кто приехал из Дрепана на пароме, кто-то на частных яхтах. Но все вели себя чинно, заповедный режим не нарушали. Поблизости тусовались некие представители закона, но по-моему они тоже приплыли купаться - никаких финансов, которые они могли бы охранять, поблизости видно не было.
Прибрежная растительность Леванцо естественно тоже заслуживает упоминания.
Periploca laevigata ssp. angustifolia - представитель семейства кутровых - вообще-то живет на севере Африки, на Канарских, Азорских и прочих дальних островах. На Леванцо - едва ли не единственная "европейская" популяция.
Coronilla valentina (Вязель валенсийский) - из той же компании.
Страшно колючая Carlina lanata
Кое-где на острове пасут скот - куртинки фисташек на берегу выглядят обгрызенными со всех сторон, что впрочем не мешает им безбедно существовать.
В середине острова - довольно приличный кусок частных владений семьи Прада. Рикардо задействовал свои связи и добился для нас свободного прохода через их асьенду.
Главное здание, куда члены клана Прада периодически наезжают на пикник.
А на задней, теневой стене здания, прямо на камнях или даже чаще на строительном растворе сидит масса лишайников из рода Roccella
В античные времена уже один этот факт сделал бы хозяев дома богачами (не то, чтобы Прада в этом сильно нуждались). Дело в том, что Рокцелла - сырье для красителей, ее иногда называют лакмусовым лишайником. Базовый цвет - магенда, но в зависимости от кислотности/щелочности сопутствующего раствора можно получать кучу цветовых вариантов. Растет Рокцелла на теплых островах вроде Канар. В Европу, особенно северную, ее приходилось возить издалека.
Увы, проблемы инвазивных, заносных видов не обошли Леванцо стороной. Кроме вездесущих опунций там расплодились американские агавы. Так что кое-где приходится буквально продираться через заросли.
Что с ними делать - не вполне понятно. На сухопутные части острова заповедный режим не распространяется.
Ну и напоследок - вот так видят меня мои студенты:
Это мы уже на обратном пути - к деревне с сувенирными ларьками, кафешками и паромной пристанью.
Вот так их видно со стороны гавани Дрепана (на переднем плане). Слева - Фавиньяна, остров состоящий не только из скальной, но и из сравнительно плоской части, где в одноименном городке и проживает большинство жителей архипелага. Справа - Леванцо, за ним - самый дальний и высокий остров Мареттимо. В середине треугольника между Фавиньяной, Леванцо и Дрепаном - совсем маленький островок Формика.
Он - частное владение, странная помесь эксклюзивного отеля с не менее эксклюзивной тюрьмой. То есть по официальным данным принадлежит остров некой околорелигиозной организации, занимающейся реабилитацией несовершеннолетних наркозависимых преступников. А отель использует данный контингент молодых людей в качестве бесплатной рабсилы (ну или что там священники обычно с малолетками делают...).
Наша програма, впрочем, ограничивалась посещением острова Леванцо - наименее плотно населенного и ближайшего к берегу из трех основных островов Эгади. Из гавани Дрепана туда по треугольному маршруту мимо всех трех островов чуть ли не каждый час ходят быстроходные кораблики-катамараны вроде этого (хотя сбоку не видно, что на самом деле эта штука двухкорпусная) или даже метеорчики на подводных крыльях.
А это уже вид со стороны Леванцо на возвышенную часть Фавиньяны. В некотором смысле - историческое место (впрочем как и почти все на Тринакрии и вокруг нее). Там, где в утренней дымке белеет парус одинокой яхты, 10 марта 241 года (до нашей эры) строился и готовился идти в свой последний и решительный бой флот римской республики из двухсот больших кораблей. То есть в проливе шириной меньше четырех километров зрелище должно было быть весьма внушительным. А навстречу им двигался флот карфагенский, и в нем кораблей (включая транспорты) было даже больше - порядка 350. Война за обладание Тринакрией (она же - первая
И был он одним из столпов подводной археологии на средиземном море, а место битвы между римлянами и пунами у Эгад искал чуть ли не с детских лет. И нашел - в 2004 году, к северу от Леванцо, а вовсе не между островами, как считали ранее. Первая же крупная экспедиция принесла сотни находок, в том числе 13 ростров - корабельных таранов. До этого античных таранов по всей Европе было известно 2 штуки (!)
Для этих находок Туса организовал на острове Фавиньяна музей в бывшем здании рыбной фабрики.
Вот один из найденых им ростров - бронзовый форштевень римской галеры, украшеный рельефным трезубцем. Такими "Нептунами" римляне дырявили борта карфагенских кораблей. Усилиями последующих экспедиций число найденых и поднятых таранов достигло двух дюжин, у некоторых между зубцами еще торчали щепки обшивки вражеских судов. Среди прочих трофеев был и карфагенский транспорт с амфорами и прочим грузом, а также шлемы, детали одежды и оружия. В какой-то момент Туса переквалифицировался в политика (не знаю точно, как перевести его должность - что-то вроде сенатора по вопросам культуры) и в этом качестве сумел организовать вокруг Эгадских островов морской заповедник, в равной степени полезный для сохранения флоры, фауны и еще не найденых подводных археологических объектов. Еще Туса написал книгу "Versunkene Antike" (Утонувшая античность), которую также всем рекомендую. Не уверен, есть ли русский перевод.
Увы, в 2019 году Туса погиб в авиакатастрофе. Воздух оказался не его стихией...
Чтобы достойно почтить память водолаза Себастьяно мы тоже немного поныряли в одной из живописных бухточек Леванцо
и даже пополнили гербарий несколькими забавными средиземноморскими водорослюшками.
Halimeda tuna - странное существо, состоящее из плоских зеленых таблеток.
Морской салат - Ulva.
По случаю выходного дня народу было сравнительно много, кое-кто приехал из Дрепана на пароме, кто-то на частных яхтах. Но все вели себя чинно, заповедный режим не нарушали. Поблизости тусовались некие представители закона, но по-моему они тоже приплыли купаться - никаких финансов, которые они могли бы охранять, поблизости видно не было.
Прибрежная растительность Леванцо естественно тоже заслуживает упоминания.
Periploca laevigata ssp. angustifolia - представитель семейства кутровых - вообще-то живет на севере Африки, на Канарских, Азорских и прочих дальних островах. На Леванцо - едва ли не единственная "европейская" популяция.
Coronilla valentina (Вязель валенсийский) - из той же компании.
Страшно колючая Carlina lanata
Кое-где на острове пасут скот - куртинки фисташек на берегу выглядят обгрызенными со всех сторон, что впрочем не мешает им безбедно существовать.
В середине острова - довольно приличный кусок частных владений семьи Прада. Рикардо задействовал свои связи и добился для нас свободного прохода через их асьенду.
Главное здание, куда члены клана Прада периодически наезжают на пикник.
А на задней, теневой стене здания, прямо на камнях или даже чаще на строительном растворе сидит масса лишайников из рода Roccella
В античные времена уже один этот факт сделал бы хозяев дома богачами (не то, чтобы Прада в этом сильно нуждались). Дело в том, что Рокцелла - сырье для красителей, ее иногда называют лакмусовым лишайником. Базовый цвет - магенда, но в зависимости от кислотности/щелочности сопутствующего раствора можно получать кучу цветовых вариантов. Растет Рокцелла на теплых островах вроде Канар. В Европу, особенно северную, ее приходилось возить издалека.
Увы, проблемы инвазивных, заносных видов не обошли Леванцо стороной. Кроме вездесущих опунций там расплодились американские агавы. Так что кое-где приходится буквально продираться через заросли.
Что с ними делать - не вполне понятно. На сухопутные части острова заповедный режим не распространяется.
Ну и напоследок - вот так видят меня мои студенты:
Это мы уже на обратном пути - к деревне с сувенирными ларьками, кафешками и паромной пристанью.
